Калининградская областная научная библиотека

Лауреаты 2008 года

Версия для печати

Исторические хроники с Николаем Сванидзе Сванидзе, Марина Сергеевна

Исторические хроники с Николаем Сванидзе / М. Сванидзе. – СПб.: Амфора, 2008 – . – ISBN 978-5-367-00723-7.

Кн. 1: 1913-1933. – 2008. – 437 с.: портр, фот.; 24 см. – 5000 экз. – ISBN 978-5-367-00724-4 (в пер.).

Кн. 2: 1934-1953. – 2008. – 2008 с.: портр, фот.; 24 см. – 1000 экз. – ISBN 978-5-367-00726-8 (в пер.).

Телевизионные просветительские проекты все чаще становятся основой для хороших книг; только что вышедший альбом Леонида Парфенова «Намедни» – яркое тому подтверждение. Но книги, подготовленные Мариной Сванидзе на основе сценариев цикла документальных программ Николая Сванидзе, занимают в этом ряду особое место.

Перед нами – не подарочный альбом, не артефакт, а публицистический рассказ о русской, российской истории XX века. О том, какой ценой заплатила великая страна за коммунистический эксперимент. И о том, какие неразобранные завалы нам еще предстоит разгребать.

Автор – профессиональный историк, но она осознанно обращается не к академической аудитории, и даже не столько к интеллектуалам, сколько к нормальному, «обычному» человеку, размышляющему о своем времени и времени своих отцов. Поэтому книга написана просто и ясно, без лишних красот, но и без примитивизации. Научный подход проявляется в четком отборе фактов; просветительство – в ярком рассказе о них. Первые две книги охватывают период от начала XX столетия, когда империя неуклонно шла к подъему, прежде чем обрушиться в пропасть, до 1953 года, когда смерть Сталина положила конец тотальному периоду в истории СССР, и забрезжила надежда на выход из кровавого тупика. Повествование строится по сквозному принципу: один год – одна глава. В центре каждой главы – «личность года», политик, художник, ученый, с чьим именем ассоциируется этот год. 1941: Константин Симонов. 1948: Николай Старостин. 1953: Лаврентий Берия. Этот личностный подход связан с установкой автора: история делается людьми, нет никаких безличных процессов, и каждый отвечает за нее самостоятельно.


Краткая история денег Остальский, Андрей Всеволодович

Краткая история денег. Откуда они взялись? Как работают? Как изменятся в будущем? / А.В. Остальский. – СПб.: Амфора, 2008. – 270 с.; 21 см. – (Краткая история). – Глоссарий: с.259. – 5000 экз. – ISBN 978-5-367-00751-0 (в пер.).

Книга Андрея Остальского «Краткая история денег» – это как раз тот случай научно-просветительской литературы, которая рассказывает человеку об изменяющемся мире. Потому что если в области физики и грамматики замечательные научно-популярные книги были написаны в советские времена, то такой книги, как книга Остальского, на русском языке никогда не писалось и такого обобщения смысла денег, истории денег никогда не было выведено.

Подзаголовок книги «Краткая история денег. Откуда они взялись? Как работают? Как изменятся в будущем?» – это те вопросы, которые задает себе каждый ответственный человек, который так или иначе вступает в товарно-денежные отношения.

Что такое деньги? Почему они таковы? Как они изменятся в ближайшем будущем? Не в смысле болезненных курсовых перемен, а в смысле функционирования денег. Как ни странно, социализм, построенный на основе экономической теории Карла Маркса, на практике оказался лишен всякого интереса к экономике, к деньгам. А Остальский возвращает сегодняшнему человеку возможность относиться к деньгам сознательно, относиться к ним с пониманием.

Он выполняет одну из важнейших задач научно-просветительской литературы – значимый объект современной жизни превращает из мифа в простой, понятный объект. Мы знаем, откуда он взялся, почему и как будет развиваться.

Андрей Остальский не профессиональный экономист или финансист. Он журналист, главный редактор русской службы ВВС в Лондоне, поэтому в словосочетании «научно-популярная литература» ударение в его случае, конечно, стоит на «популярный». Но тот научный аппарат и то состояние науки о деньгах, которое использует Андрей для написания этой книги, относится к самому переднему краю науки.

Именно то, что сегодня теоретики, экономисты и финансисты, обсуждают в праксисе денег, именно те устоявшиеся научные понятия об истории денег, об их возникновении собраны в книге Андрея Остальского.


Русский язык на грани нервного срыва Кронгауз, Максим Анисимович

Русский язык на грани нервного срыва / М. Кронгауз. – М.: Знак: Языки славянских культур, 2009. – 229 с.: [2] л; 21 см. – 1500 экз. – ISBN 5-9551-0176-4 (в пер.).

Вопросы засорения, искажения или ухудшения языка занимают сегодня в обществе трудно с чем-нибудь сравнимое место. С кем бы вы ни начали разговаривать о современном языке: со школьным учителем, университетским преподавателем, таксистом или бабушкой одного-двух внуков – каждый расскажет вам, что язык портится, заполняется иноязычными, засоряется бессмысленно привнесенными словами. Интернет и новая экономическая реальность испортили его до конца.

Во множестве статей Максим Кронгауз указывал на то, что русский язык переживал еще и не такое. Петровские реформы, коммунистическое нашествие 20-х годов... И через все эти огромные испытания язык прошел живым, энергичным и полным сил.

Однако, складывая из всех этих публикаций книгу, Максим Кронгауз обнаружил, что так долго уговаривать самого себя и своего читателя, что с языком ничего не случится, если с ним уже столько всего случилось, невозможно.

И поэтому в книге «Русский язык на грани нервного срыва» Кронгауз занял позицию не ученого-филолога, а культурного обывателя, который знает в душе, что с языком ничего не случится, и так или иначе потомки будут изъясняться на великом могучем русском языке. При этом он сам не способен пользоваться современным языком для собственной коммуникации. Невозможно поспевать за всеми переменами и очень обидно не понимать, о чем говорят люди на улицах.

В своей книге Кронгауз приводит пример. Если бы сегодняшний россиянин и его недалекий предок 60-х годов XX века встретились на улице, они не смогли бы понимать друг друга, так как уличный язык катастрофически переменился.

Но впрочем, досадуя на неверное словоупотребление, ворча об эксклюзивной говядине и эксклюзивных женщинах, Максим Кронгауз знает и передает это знание своему читателю: язык выживет в любом случае. Мы имеем право чувствовать себя неловко оттого, что под нами шевелится языковая бочка, но кричать «караул!», наверное, преждевременно. Достаточно каждому обходиться со своим языком так, как ему кажется правильным.


Малыши и математика. Домашний кружок для дошкольников Звонкин, Александр Калманович

Малыши и математика. Домашний кружок для дошкольников / А.К. Звонкин; худож. М. Ю. Панов. – 2-е изд., испр. – М.: МЦНМО, 2007. – 239 с.: ил, табл., схемы, цв.ил; 25 см. – 5000 экз. – ISBN 978-5-94057-315-9 (в пер.).

В начале 1980-х годов талантливый математик и молодой отец Александр Звонкий в часы, свободные от работы, стал заниматься со своим четырехлетним сыном Димой и несколькими его ровесниками «математикой для дошкольников».

По прошествии нескольких месяцев автор решил вести дневник кружка.

Три статьи по материалам этих записей еще в середине 80-х годов были опубликованы в журнале «Знание – сила», и интерес к ним среди читателей был так велик, что ксерокопии с рукописной версии дневника стали гулять сначала по Москве, а потом и по всему миру. И вот сейчас давний «самиздат» превратился в книгу.

Главное правило у Звонкина одно: не сообщать детям «сведения» и «факты», а учить их думать. И помнить, что «дошкольная математика» – это вовсе не умение ребенка считать, а способность решать интеллектуальные задачи, такие, например, как открытие закона постоянства объектов.

Не надо пугаться умных слов; на практике, пишет Звонкий, это означает, что когда мама прячется за штору, а потом с улыбкой из-за нее выглядывает и говорит: «Ку-ку!», а потом снова прячется, и крошечный малыш всякий раз радуется ее появлению, они оба, мама и сын, заняты открытием этого самого закона (вещи не исчезают, когда мы перестаем их видеть, а остаются существовать там же, где были, – существовать без нас). То есть мама и сын заняты математикой. И такая «математика» в каком-то смысле важнее, чем умение считать: один, два, три и т. д.

А вот задачи посложнее: доказать, что мы видим глазами, а слышим ушами, но не наоборот (доказательство: если закрыть глаза, мы перестаем видеть, а если закрыть уши, перестаем слышать); доказать, что облака ближе к земле, чем солнце (доказательство: облака заслоняют солнце); доказать, что мы думаем головой, а не животом...

Даже посещение зоопарка тоже превращается в урок. Звонкий подает провокационную реплику: это не вам показывали обезьян, а вас показывали обезьянам. Следуют возражения детей: но ведь это мы на них смотрели (контраргумент: но и они на вас смотрели тоже); но ведь мы могли ходить, где хотим, а они сидели в клетке (контраргумент: вам нельзя ходить внутри клетки, а обезьянам нельзя ходить снаружи). И в результате мальчик Дима радостно восклицает: «Ведь это же мы опять математикой занимаемся!»

Читая Звонкина, испытываешь острое чувство сожаления оттого, что тебя в детстве так не учили, и острое чувство раскаяния оттого, что ты не учил так свое дитя. Обращаемся ко всем «практикующим» родителям: прочтите Звонкина, не пожалеете!


Капитолийская волчица. Рим до цезарей Гаспаров, Михаил Леонович

Капитолийская волчица. Рим до цезарей / М.Л. Гаспаров. – М.: Фортуна ЭЛ, 2008. – 139, [2] с.: ил.; 25 см. – 4000 экз. – ISBN 978-5-9582-0046-7 (в пер.).

За годы прошедшие с момента выпуска «Занимательной Греции» выяснилось, что и читатели, и взрослые к этой книге способны и готовы припадать с неменьшим интересом.

К сожалению, книгу об истории Древнего Рима Михаил Леонович не успел завершить.

Но предварительные материалы, приготовленные для нее, уже после смерти выдающегося филолога были собраны группой учеников под руководством вдовы в книгу «Капитолийская волчица. Рим до цезарей».

Здесь та же, уже известная любителям и почитателям «Занимательной Греции» смесь предельной научной точности (нет ни одной детали, которая не могла бы быть подтверждена ссылкой на ученые тома) и предельной доступности.

Гаспаров, который всю жизнь заставлял своих учеников и коллег с должным смирением относиться к возможности понимания ушедших веков... Именно ему принадлежит жестокая и смиренная фраза «О духовном мире Пушкина мы можем знать не больше, чем о духовном мире собаки Каштанки». Гаспаров, который всегда призывал ценить те века, которые отделяют нас от Древнего мира и делают его для нас в большей мере непроглядным, именно этот человек, и быть может, именно поэтому, смог приоткрыть для нас дверцу в ушедшие миры.

Жаль, что эту книгу он не смог довести до того состояния, в котором бы она устроила его самого, всегда очень критично относившегося к собственному творчеству. Счастье, что за эту книгу он взялся, и она есть теперь у нас в руках.


От догадки до истины Мигдал, Аркадий Бейнусович

От догадки до истины / А. Б. Мигдал; худож. С. П. Тюнин; предисл. Л. Б. Окунь. - М.: Просвещение, 2008. – 175 с.; 24 см. – (Твой кругозор: сер. осн. в 2007 г.). – Слов. терминов: с. 167. – 10000 экз. – ISBN 978-5-09-016005-6 (в пер.).

Аркадий Мигдал принадлежал как раз к тому поколению ученых, которые считали, что надо разговаривать со школьником о важных и сложных вещах на простом веселом языке, без панибратства, но и без малейшего занудства: «Я приглашаю следовать за мной каждого, кто решился сделать усилие. Не смущайтесь, если не все будет понятно – ведь слово «понимать» имеет все оттенки, от полной ясности, которая не всегда бывает и у автора, до смутного ощущения. Но даже и оно постепенно неведомыми путями приводит к более глубокому пониманию. Не бойтесь пропустить при первом чтении сложное рассуждение – читайте дальше...»

«От догадки до истины» – не столько рассказ о физике как таковой, сколько разговор с подростком о том, как рождается научная идея, как она развивается, превращается в теорию. Это книга о счастье познания; это, если угодно, вербовочная листовка, рекрутирующая школьника в ученые. Аркадия Мигдала давно уже нет с нами. Но книга «От догадки до истины», выпущенная издательством «Просвещение» в серии научно-популярных книг для школьников, абсолютно новая. Она осталась в незавершенной рукописи и была подготовлена к печати в 2008 году.